Рав Авраhам Дризин, прославленный хасид и ученик самой первой йешивы «Томхей Тмимим», вспоминает о своей поездке в Любавичи и о поступлении в йешиву.

История первая.

Р. Авраhам Дризин у Ребе, 5759 (1989) г.

На фото: Р. Авраhам Дризин у Ребе, 5759 (1989) г.

… Я родился в 5661 (1900) году в городе Миор (сейчас это город Миоры в Белоруссии). Город был очень маленький, здесь жило около семидесяти семей йеhудим, и все – хабадники.

Хотя мы считались хасидами Хабада, и сами Любавичи, и учение хасидута были от нас далеки – не только географически, но и по духу. Мой отец, хотя он был хасидом и ученым человеком, не очень разбирался в хасидуте и никогда не бывал в Любавичах.

В это время по всей России распространились движения сионизма и hаскалы. В детстве у меня было трое учителей. Один учил меня Гмаре. Дочь шохета учила меня Танаху, ивриту, грамматике и правописанию. Третий учитель не был йеhуди, он учил меня русскому языку и математике.

Когда мне исполнилось 12 лет, я начал учиться в Друе – городке недалеко от Миора. Моим учителем был меламед, который вел несколько групп по Талмуду. Домой в Миоры я возвращался только в конце семестра. За этот период мы выучили 80 листов Гмары.

 

Меламед требовал глубоких знаний по всем темам, которые мы проходили. Ученик мог точно сказать, какая буква будет на второй стороне листа, если с первой стороны его проткнуть иголкой.

 

Когда мне было 14 лет, я закончил учебу в Друе. Пришло время переходить в йешиву. Но какую? Рав Друи, который был близким другом нашей семьи, рекомендовал моему отцу отправить меня учиться в одну из литовских йешив, в Слободку или Ковну. Мне и моим родителям было сложно решить. Мы были оторваны от большого мира, не разбирались в йешивах и не знали, что лучше.

Мой старший брат, хотя и не пошел в йешиву (он занялся бизнесом), был очень религиозным человеком. Он был чрезвычайно талантлив, даже гениален. Он хорошо понимал ситуацию и сказал, чтобы я поехал учиться в Любавичи: “Это йешива, которая хорошо организована, в ней есть контроль. Это для тебя”.

Брат проводил меня до железнодорожной станции в ближайшем городе. На станции я впервые в жизни увидел фонари. “Это электричество”, – объяснил он.

Впервые в Любавичах

Карта Любавичей

Карта Любавичей

Я поехал в Любавичи с рекомендательным письмом от рава Друи. Поездка заняла целую ночь. Утром я был в Рудне и оттуда отправился в Любавичи. Вместе со мной были десятки других ребят.

Вступительные требования были очень высокие, и большинство из них не приняли. Я был одним из немногих, кто поступил.

Вместе со мной приехала вдова с двумя детьми. Одному было 13, другому 12 лет. Старший был очень способным, и его сразу приняли. Младший, на первый взгляд, не отличался большими способностями, и его сначала не взяли. Узнав об этой новости, он начал плакать и плакал несколько дней. В один из них мимо него проходил Ребе Рашаб. Он подбежал к нему и закричал: “Я сирота и хочу быть настоящим йеhуди, пожалейте меня, Ребе!”. Ребе сказал своему сыну, директору йешивы, будущему Ребе Раяцу, чтобы мальчика взяли. В конце концов более способный брат вскоре уехал из йешивы, а младший остался. В итоге он стал одним из самых блестящих хасидов.

Рассказывали, что у тех, кто отвечал за прием студентов в Любавичскую йешиву, было указание не брать учеников, которые не отличались особым умом, даже если у них был большой багаж знаний. В Любавичах говорили, что простак не может быть хасидом.

Воспоминания р. Авраама Дризина адаптированы по тексту, напечатанному к бар-мицве его пра-правнука, Йеуды-Лейба Дризина.

Продолжение следует.

Tags: